kassandra_1984: (Default)
[personal profile] kassandra_1984
Статья г-на Лумельского начинается с проблемы, возникшей в Южной Корее из-за недостатка "лирики", т.е. гуманитарных и мировоззренческих аспектов,  в системе образования целого поколения "физиков" – инженеров, компьютерщиков и т.п. Про Южную Корею ничего умного за малой информированностью сказать не могу.
Не вижу смысла обсуждать и другую проблему – построение гуманитарного "интерфейса" между российскими и западными "техниками" в области их совместных научных и профессиональных интересов. Вообще-то тут есть, конечно, что обсудить, но поскольку этого-то господин Лумельский как раз и не делает, а изящно задев тему по касательной, уходит в область чисто гуманитарных, идеологических нестыковок, лучше последуем за ним.
                                                        *  *  *
У Степы незнание точек и запятых
Заменяет инстинктивный массовый разум,
Потому что батрачка мамаша их,
А папаша – рабочий и крестьянин сразу.
В. Маяковский


Дело в том, что в советской-то России от начала в центре внимания была как раз  "лирика" – убеждения, мировоззрение, коим надлежало обществу проникнуться в кратчайшие сроки, дабы породить вожделенного "нового человека". Буржуазных спецов – бациллоносителей "старого режима" – загружали на "философские пароходы", в школах вводили обучение бригадными  методами, ибо не в учености счастье, но в воспитании коллективизма.
Изменился подход только когда выяснилось, что революция в Европе накрылась медным тазом и для обеспечения мирового господства единственно верному учению не миновать войны. А для войны нужно оружие, а оружие нынче – прежде всего техника, а технике требуются технари, а технарей неграмотных не бывает.
Пришлось по-буржуазному в школах и институтах учить, но тем важнее было уберечь учащихся  от тлетворного буржуазного влияния. Для этого, во-первых, спецов-преподавателей обложили стукачами и запугали фейковыми процессами (типа промпартии или там шахтинского дела), а потом и вообще, от греха подальше, на шарашки стали убирать. А во-вторых, весь преподаваемый материал, все ВУЗы и СМИ как торт кремом пропитаны были идеологией.
Вообще-то идеология в любом обществе есть и всегда включает, в частности, представление об идеале, к которому надо стремиться, хоть он и недостижим: необходима, например, борьба с  ккоррупцией, что никогда, увы, не увенчается полной победой, ибо тут затронуты некие неотменимые коренные свойства человека и общества. Но идеология утопическая, в отличие от всех прочих, утверждает возможность человека и общество коренным образом изменить, сотворить новое небо и новую землю, поскольку предыстория человечества вот-вот закончится, начинается настоящая история, т.е. создание земного рая, в сооружении которого мы впереди планеты всей.
Поначалу в это верили многие, по крайней мере, в городском, образованном слое. Был Маяковский, был Пастернак, была талантливая компания ИФЛИ. Но время шло, светлое будущее не наступало, да тут еще и война с возможностью сравнения нашего и не нашего уровня жизни… С каждым годом все труднее становилось сочетать эту веру с элементарным здравым смыслом.

  • *  *  *

На тыщу академиков и член-корреспондентов,
На весь на образованный культурный легион
Нашлась лишь эта горсточка больных интеллигентов,
Вслух высказать, что думает здоровый миллион!
Ю. Ким


Да, технарей в обществе было много, потому что завоевание мирового господства не снималось с повестки дня, а в условиях "планового хозяйства" на работу, с которой трое легко справляются, ставить надо семерых, но идеологию они отвергали не потому, что обучали их только технике, вдали от общественных культурных традиций, а наоборот – отвергали вместе со всем обществом от министра до дворника включительно, потому что все оно перекормлено было с детства идеологией, которая совершенно не рифмовалась с реальной жизнью.
Иное дело, что именно технари были первыми (может, даже и единственными), что это свое отношение выражали (почти) открыто, но объяснялось это не особенностями воспитания, а привилегированностью статуса. ВПК – залог победы, ему надо не портить настроение и создавать условия – от квартир и спецраспределителей до спецзапросов в области культуры: концертов Высоцкого, выставок несоцреалистической живописи и даже безнаказанного слушанья "вражьих голосов".
И "физики", дай им Бог здоровья, этими привилегиями воспользовались с умом, не только в своих интересах, но и в интересах общества в целом. Они были меценатами нонконформистов, благодарными читателями сам- и тамиздата, они вели активную дискуссию по самым что ни на есть "лирическим" – мировоззренческим проблемам, не случайно многие из них и доныне успешно пишут на эти темы. Разумеется, в "ремесленных" ВУЗах этому не учили, но интерес был велик, а кто ищет, тот, как известно, всегда найдет.
Описание положения с гуманитарными дисциплинами в технических ВУЗах в статье г-на Лумельского соответствует разве что периоду зрелого застоя, да и то не совсем. Мировоззренческие предметы не то чтобы не преподавались – просто никому, ни физикам, ни лирикам, ни даже алкашам подзаборным  не приходило в голову воспринимать их всерьез.
В преамбуле любой научной работы принято было делать ссылку на решения последнего съезда – ее и делали, вне всякой связи с конкретным содержанием. Идеологическая демагогия была непременным элементом и отчасти оружием в "схватке бульдогов под ковром", но всякому, не исключая и самих бульдогов, было ясно, что не за то дерутся. За обвинениями в "безыдейности" скрывались реальные  причины гонений – будь то нетрадиционная культура, клановые войны или попросту антисемитизм. Собственно, это и имел в виду Солженицын, в "Письме вождям", призывая отбросить идиотские заклинания, которые все равно ни на кого уже не действуют (как оно, кстати, и случилось, в конце концов).
За несколько поколений между утопической картинкой и суровой реальностью разверзлась пропасть такой ширины, что не у одного господина Лумельского  возникло впечатление об отсутствии картинки как таковой: она исчезла с горизонта.
Исчезла, но… не бесследно. Вопрос о количестве ангелов, умещающихся на кончике иглы, во время оно, вероятно, так и не был решен, но выработанные средневековой схоластикой методы и приемы дискуссии пригодились впоследствии нарождающейся науке. Бессодержательный треп "научного коммунизма" многих научил языку обсуждения общественных  проблем, чем некоторые впоследствии воспользовались для разрушения его же утопий и постановки вопросов вполне реальных (вспомнить хоть знаменитый кимовский "русский ночной разговор"), и даже выпускники самых "ремесленных" институтов учились думать своей головой. Возобновились старые споры между славянофилами и западниками, столичная элита обращалась к традиционным религиям, провинциалы подавались в баптисты, нацреспублики возвращались к своим корням…
Но все варились в собственном соку, совместного культурного пространства с Западом, как до 17-го года, не было. Что же происходило тем временем на Западе?

                                                    *  *  *
Своим неверием в лучшее они нам были смешны:
Они утверждали, будто допрыгнуть нельзя до луны;
Будто «хочешь» не значит «получишь», будто крыльев нет у Свиней...
О, Ярмарочные Боги нам были намного милей!
Р. Киплинг


На Западе развитие шло в диаметрально противоположном направлении. Если в России и окрестностях с 17-го года престиж утопии неизменно падал, вплоть до того, что ее совсем перестали замечать, то на Западе она ширилась и крепла, захватывая новые круги общества. Интересно, что переломным пунктом и тут, и там оказался один и тот же 1968 год. На родной доисторической тот, кто одобрял оккупацию Чехословакии, делал это, исходя из государственных интересов России (как он их понимал), а тот, кто оккупацию осуждал, убедился, что "социализма с человеческим лицом" не бывает. Таким образом, те и другие одновременно и окончательно распростились с марксистско-ленинской демагогией, те и другие, при всей непримиримости своих разногласий, сошлись на уважении к здравому смыслу.
На Западе же, наоборот, аккурат об эту пору росла популярность утопии, мало чем отличавшейся от того же марксизма-ленинизма. Та же "Франкфуртская школа" несла все тот же вздор, несовместимый с психологией человека и общества, рассказывала сказки о "плановой экономике", которая лучше рынка, и об уравниловке, которая враз сделает всех счастливыми. Было, впрочем, одно очень важное различие: советские идеологи, не позабывшие еще традиций 19-го века, прививали обучаемым элементарные навыки логического мышления, обернувшиеся в итоге против них самих, а их единомышленники в веке двадцатом не сделали этой ошибки.
Логика имеет хождение разве что в узких кругах посвященных – на долю управляемых приходятся одни эмоции – охи, вздохи, мыльные оперы и слезоточивые телевизионные картинки. Ведь о подготовке технарей заботиться утопистам на Западе не было нужды: во-первых, соответствующее образование уже наилучшим образом налажено было проклятыми буржуинами, а во-вторых, оружие в руках буржуазных армий как раз и препятствует установлению мирового господства единоспасающей идеологии и скорейшему появлению рая на земле. И люди, причем, далеко не самые глупые, верили – как в России до (да еще пару поколений после) 17-го года верили, потому что очень хотелось верить.
Инкубатором утопии изначально были университеты, точнее университетские кафедры мировоззренческих наук, и загнивать рыбка начала, как водится, с головы. Первым шагом к введению всеобщего равенства стало максимальное расширение для низших слоев доступа к высшему образованию. До того роль "социального лифта" играл любой диплом, и потому простодушные пролетарии радостно устремились в университет, не задумываясь о неизбежных последствиях.
Да, инженеры и биологи, физики и химики, адвокаты и врачи по-прежнему стоят на социальной лестнице выше клерков, но чтобы получить соответствующий диплом, нужна общеобразовательная и культурная (хотя бы в смысле самодисциплины) подготовка, какая не у всякого потомственного пролетария найдется. Естественно, те, кто стал студентом в порядке борьбы за равенство, сосредоточились в основном на факультетах "лирики" – тех самых мировоззренческих дисциплин, тем более что вторжение утопии сильно их упростило.
Впервые с "прогрессивным" западным студенчеством столкнулась я в начале 70-х в стране ГДРии, на семинаре для студентов-германистов из разных стран. Мадемуазель Жослин из города Ницца поинтересовалась у нас, советских, как конкретно проходит наша учеба, и услышав про зубрежку грамматики, домашние сочинения и лингафонный кабинет, глаза вытаращила: "Мы так не можем, времени нет – надо же бороться!". За что бороться, она не уточнила – возможно, просто за отсутствием необходимого словарного запаса на немецком языке (ее будущей профессии!), но после одного случая на вокзале мы догадались сами.
Стоим мы это, значит, поезда ждем, и вдруг у Жослин на лице выражение – словно привидение увидала. Глядим в ту сторону – и что же? Обнаруживается какой-то ундер, что тихо и нескандально, хотя и безуспешно, пытается, что называется, "по одной половице пройти". Ну, перебрал человек – с кем не бывает… А Жослин аж колотит всю: "Как же так? Офицер! В социалистической армии!!". Не думаю, чтоб она в своей Ницце пьяных отроду не встречала, но они же там все отсталые, еще в предыстории живут. Там, где подлинная история человечества началась, для такого безобразия места нету. Пришлось мне, дабы спасти несчастную от неминуемого инфаркта, прочесть ей с ходу краткую лекцию об отличиях переходного периода социализма от полного коммунизма – помогло.
Вот такого качества готовились у них специалисты-гуманитарии. Притом, что, язык-то, как ни крути, все-таки "ремесло", но и им за "борьбой" овладеть толком не удосуживались, что уж говорить о темах более абстрактных, где утопия безнаказанно правит бал. К тому же количество выпускников определялось светлой идеей равенства, а отнюдь не наличием рабочих мест. В результате, как и следовало ожидать, престиж гуманитарного диплома упал ниже плинтуса: был "социальный лифт" – стал фантик без конфетки.
Понятно, что потенциальные и актуальные дипломоносцы не без оснований сочли себя обманутыми, хотя так и не смогли разобраться, кем и в чем. Впрочем, пролетарский инстинкт верно подсказывал, что, кто бы на практике ни стоял у них на дороге, в области теории враг номер один – здравый смысл. Против него, собственно, и поднялся  знаменитый стихийный бунт 68-го года под лозунгом: "Запрещать запрещается", – и бунтари победили.
Здравый смысл не то чтобы совсем исчез – он перестал быть аргументом в общественной дискуссии. В восторг и умиление приводит меня, что такое мышление без тени юмора именуют они "критическим". До недавнего времени в Германии слова "реальная политика" расценивались как ругательство, а когда лет 25 назад я имела бестактность поинтересоваться у самоотверженных отстаивателей прав всяческих пришельцев, не резиновая ли, часом, у них страна, они, от хорошего воспитания, сделали вид, что ничего не услышали. Примерно тогда же, поинтересовавшись в Москве у французской туристки, успешно ли интегрируются в общество арабы, ответ получила положительный, но таким агрессивным тоном, что дальнейшие вопросы проглотила. В первые годы в Израиле я честно пыталась верить, что Рабин с Пересом ведают, что творят, но пришлось разочароваться.
Не ведают, и не желают, и даже самая робкая попытка принятия решений в соответствии с опытом и здравым смыслом считается у них за неприличие. Если цели твои благородны (точнее, если ты их такими считаешь сам) – вопрос о достижимости ставить не принято. Чтобы остановить глобальное потепление, достаточно прекратить выдыхать углекислый газ, чтобы изгнать исламский террор из Европы, достаточно погулять по Парижу с плакатиком: "Я – Шарли", а чтобы осуществить утопию, достаточно возлюбить ее великую идею более самого себя (не говоря уже о ближних и дальних).
Господин Лумельский приводит удачный пример:
…реакция стран Европы на сегодняшний поток мигрантов из Азии. Западная и Восточная Европа вдруг  разбились на две четкие группы. Восточная Европа отгораживается от них колючей проволокой и собаками, а Западная Европа бросается им помогать. Венгры и поляки кричат о возможных страшных последствиях от приема десяти тысяч мигрантов-мусульман – и всё вроде правильно говорят – а Германия примет таких за год 800000. Посчитайте пропорцию...
Получается, что немцы – сумасшедшие, не понимают опасности. Все знают, что немцы не сумасшедшие, но этот нюанс как-то не обсуждается. Потому что если этот вопрос поставить, придется обсуждать себя.
Действительно – если немцев не признать сумасшедшими, то… сумасшедшими по логике г-на Лумельского признавать придется поляков и венгров, не говоря уже о россиянах, бывших и настоящих. А может, все-таки, лучше не спешить с эпитетами и поставить вопрос по-людски? Если две группы людей в одной и той же ситуации выдают реакцию диаметрально противоположную, существует вероятность, что, как минимум, одна из них – заблуждается. Остановка за малым – разобраться, какая именно.
Ответ прост как правда: заблуждаются те, кто принимает решение, не просчитывая неизбежных последствий, а когда их об этом спрашивают, в истерику впадают, обвиняя собеседника в недостаточном благородстве помыслов. Нет, не сумасшедшие они вовсе, но они попали под власть утопии, весьма сходной с той, в ловушку которой век назад угодила Россия.
Не зря в какой-то книжке перестроечной поры сказано, что "утопия" – это такой остров, где задумали стереть все различия – между народами и культурами, городом и деревней, мужчиной и женщиной и т.п. А когда все постирали, взобрались все на стену, которой их город был окружен, попрыгали в море и утопились, поскольку жить так оказалось совершенно невозможно.
Отнюдь не самые плохие, не самые глупые люди не за страх, а за совесть в утопию верили, вплоть до готовности за нее пожертвовать жизнью. Но эти люди завещали нам свой опыт – нам, россиянам – бывшим и нынешним – и полякам, и венграм, да, кстати, и немцам – тем, что из бывшей страны ГДРии (они-то первыми вышли на демонстрации против самоубийственной "культуры гостеприимства").
Уж мы-то по собственному опыту знаем, какой болью и кровью, подлостью и разрушениями оборачивается слепая вера в утопию и пренебрежение здравым смыслом.
Мы уже знаем. А они еще нет.
                                                      *  *  *
Суть не в этом, а в том, что врагами друзья
С каждым новым становятся часом,
Что всю звонкую силу поэта нельзя
Отдавать атакующим классам.

Потому что стихи воспевают террор
В оголтелой и воющей прессе,
Потому что к штыку приравняли перо –
И включили в систему репрессий.

А. Городницкий


Представим себе на минутку, что сбылась мечта В.В. Маяковского, обратиться через голову времени к "товарищам потомкам" и даже получить от них ответ… ну, например, такой, как вынесли мы в эпиграф. Как вы думаете, как бы он реагировал? Ставлю десять против одного – не поверил бы ни единому слову.
У Городницкого (точнее, у его поколения) за спиной опыт раскулачивания и голодомора, Большого террора и омерзительной провокации финской войны, разгрома 41-го и ленинградской блокады, "Дела врачей" и "Интернациональной помощи" 68-го. Маяковскому, мечтающему предъявить в будущем свои книги "как большевистский партбилет", такое, естественно, и в страшном сне привидеться не могло.
Примерно такой "диалог глухих" и возникает между "нами" – знающими, почем фунт лиха – и "ими" – исполненными сладких грез о равенстве, братстве и обнявшихся миллионах. Они всегда готовы бороться за права кого угодно – от пролетариев всех стран до трансгендеров, требующих отдельных туалетов, а мы помним, что привилегии для одних неизбежно оборачиваются поражением в правах для других. Они мечтают о государстве-нянюшке, что утрет всякую слезу, а мы не забыли еще государства-деспота, готового всякого стереть в лагерную пыль. Они от великого благородства всегда готовы отстаивать интересы преступника, а нас куда больше заботит судьба его жертвы.
Впрочем, судя по результатам некоторых выборов последнего времени, похоже, сегодняшняя реальность постепенно достает уже и их. Будем надеяться.

Date: 2016-12-16 05:49 pm (UTC)
From: [identity profile] von-tronje.livejournal.com
Тоже есть впечатление, что многих уже задрали эти утопии.
До последнего казалось, что точка невозврата уже пройдена. Что ж, будем посмотреть.

Date: 2016-12-16 05:58 pm (UTC)

Date: 2016-12-17 12:41 pm (UTC)
From: [identity profile] phago-lov.livejournal.com
Да, всё так. Остаётся лишь присоединиться к предыдущему комментатору - а пройдена ли где-то в Европе точка невозврата? Если да - в ближайшие пару десятилетий мир может принять крайне причудливые очертания.

Date: 2016-12-17 12:59 pm (UTC)
From: [identity profile] kassandra-1984.livejournal.com
Рада буду ошибиться, но боюсь, что да. Сразу по двум параметрам: падение рождаемости и неконтролируемое размножение бездельников на пособиях.

Date: 2016-12-17 06:39 pm (UTC)
From: [identity profile] phago-lov.livejournal.com
Ну, тогда выпьем за упокой Европы. Вечная ей память, она была хороша когда-то ))

Date: 2016-12-17 06:59 pm (UTC)
From: [identity profile] kassandra-1984.livejournal.com
Да, жалко ее.

Date: 2016-12-18 02:57 pm (UTC)
From: [identity profile] arktal.livejournal.com
Спасибо. Интересная статья, но, как говорил знаменитый сатирик: «Слухи о моей смерти несколько преувеличены» (Европа Марк Твен).
Не может быть, что Вы не знаете, что Европу уже хоронили. И не только Освальд Шпенглер в 1918-м ("Закат Европы"). Луначарский от него не отставал - "Европа в пляске смерти". И Илья Григорьевич Эренбург спешил поведать миру про историю гибели Европы - "Трест Д.Е." И даже дважды. В 1922, когда написал, и в 1961, когда в «Люди, годы, жизнь» вспоминал об этом романе: "Это сатира; я мог бы ее написать и сейчас с подзаголовком — «Эпизоды третьей мировой войны»". А ещё раньше, в далеком 5-м веке Августин Блаженный построил свой "Град Божий", так как Земному в образе Рима, пришел конец. В общем, Европе не привыкать.
Но это так. Между прочим. В ответ на комментарии. А по поводу самой статьи у меня есть несколько вопросов, но больше всего меня заинтриговала Ваша апелляция к здравому смыслу. Вы можете рассказать, что это такое, и так ли он однозначен?
PS Большое спасибо за ссылку на статью Лумельского. Есть там интересная мысль про необходимость сохранять моральное ядро нации, "generational memory and continuity" (память и непрерывность поколений). Кстати, это то, что хранит Европу. Это как яйцо, в котором запрятана смерть Кащея.

Date: 2016-12-18 04:13 pm (UTC)
From: [identity profile] kassandra-1984.livejournal.com
Однозначиых вещей на свете немного, здравый смысл тоже не так уж прост, но я бы его приблизительно обрисовала как опору на коллективный опыт - свой и предшествующих поколений, включая и опыт общения и передачи информации (т.н. "логику").

Date: 2016-12-18 06:33 pm (UTC)
From: [identity profile] arktal.livejournal.com
да, я тоже это так понимаю: опыт - основа здравого смысла, но, как известно "опыт - сын ошибок трудный", т.е. без ошибок трудно набраться "здравого смысла". Говорят, что это одесский юмор: "хорошо быть таким умным, как моя жена потом". Похоже.
Кстати, про опыт предшествующих поколений, не думаю, что в наше время это достаточно надежная опора для здравого смысла. Сегодня, даже такое глобальное явление, как война, и то изменилось. Не только технически, но и по ожидаемым результатам - никто не подписывает акт о капитуляции, нет контрибуций, территориальных завоеваний и проч. Не знаю каких-нибудь доказательств, но думаю, что и опыт общественных отношений предшествующих поколений мало пригоден для наших дней. К сожалению, мы живем в эпоху таких изменений, что только "опыт - сын ошибок трудный" действительно учит.

Date: 2016-12-18 06:46 pm (UTC)
From: [identity profile] kassandra-1984.livejournal.com
Думаю, тут нет противоречия. Помните детскую сказку про дурачка, что всякий раз в новой ситуации пытается действовать как в прежней? Опыт - это прежде всего методы обращения с действительностью, реагирования на окружающую среду. И если среда меняется, должна меняться и реакция - в том-то и есть здравый смысл.

Date: 2016-12-18 06:59 pm (UTC)
From: [identity profile] arktal.livejournal.com
согласен полностью, вот только, как здесь обойтись без ошибок? Только по результатам можно сказать, правильна ли наша новая реакция. Да и результаты больше важны по времени, а не сиюминутно. В этом смысле и прием беженцев в Европу был не столько актом сиюминутного благородства, сколько расчетом на будущую рабсилу. Хотя может выйти боком.

Date: 2016-12-18 07:03 pm (UTC)
From: [identity profile] kassandra-1984.livejournal.com
Стопроцентной гарантии правильности решения никто вам никогда не даст, да и предкам не давал тоже. Но важно спорить и искать честно. Это, по крайней мере, шанс. А насчет рабсилы... помните, опять же, сказочку про хелемских умников, что сперва от мышей навезли кошек, потом от кошек спасались собаками, потом... не помню уже чего...
Edited Date: 2016-12-18 07:06 pm (UTC)

Date: 2016-12-18 07:17 pm (UTC)
From: [identity profile] arktal.livejournal.com

про это лучше всего говорят французы (а за ними Райкин): "Такова се ля ви" :))

Date: 2016-12-19 07:23 am (UTC)

Profile

kassandra_1984: (Default)
Kassandra_1984

January 2017

S M T W T F S
1234567
8910111213 14
15 161718192021
22232425262728
293031    

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Oct. 21st, 2017 07:24 pm
Powered by Dreamwidth Studios